Спасибо вам…

Список безвременно ушедших врачей, медсестер, санитарок, лаборантов и других медицинских работников.

Колодяжная Валентина

Медсестра областной клинической больницы Валентина Григорьевна Колодяжная, 61 год. Калининград.

О смерти медика от коронавируса сообщается «Клопс».

Валентина Григорьевна стала третьей жертвой COVID-19 среди калининградских медработников. В здравоохранении она проработала более 30 лет.

Она всегда бежала на работу с удовольствием, и когда проходила большая часть отпуска, уже скучала”, — говорит дочь Катя.          

Три недели, в течение которых угасла мама, Катя помнит с точностью до часа.

26 апреля, в воскресенье, мама привычно копалась на грядках на даче. Утром на работе ей, как и другим медикам, измерили температуру. Сначала была нормальная, а к полудню поднялась. Маме велели уходить на больничный. Папа поехал за ней, но мама сказала: надо отработать до конца дня, я одна в кабинете, без разрешения не уйти… <…> 2 мая заболел папа. Мама к этому времени начала задыхаться, на этот раз её забрали в больницу. Она вышла из дома сама, без помощи, помахала рукой из скорой. Это был последний раз, когда я её видела. С каждым днём маме становилось хуже. В палате она уже была на кислороде, а 6 мая её перевели в реанимацию. Маму ввели в кому, в сознание она не приходила. 15 мая в два часа ночи сердце остановилось».

Валентина Колодяжная родилась на Украине, в Житомирской области. В 19 лет переехала в Калининград. Поступила в медучилище. Хотела стать врачом, но когда родились дети — сначала сын, потом дочь, стало не до высшего образования. 

Дача, муж, недавно родившаяся внучка — простой, понятный круг забот… 

Когда спрашиваешь о Валентине Григорьевне её коллегу, медсестру Елену Кондратьеву, та сразу начинает рыдать: «Извините… 30 лет в одном кабинете. Вся жизнь прошла рядом, мы так дружили. Добрейший, прекрасный человек. Мы столько раз друг друга выручали. А какие столы она накрывала! Очень любила всех угощать. …Вы знаете, я сейчас в декрете вместо дочери, надо выходить, а как я выйду? Вали ведь там нет”

Елена до последнего была на связи с попавшей в больницу подругой. 

«В какое-то время она уже с трудом разговаривала,  а потом перестала отвечать. Я ей писала: «Валечка, хоть одно  слово…» Её перевели в реанимацию, я пыталась что-то узнать у знакомых медиков —  информация была не очень хорошая. Лёгкие поражены на 75%… И проститься с ней не смогла…», — плачет Елена.   

«Человек она великолепный, мы проработали вместе  24 года, — говорит старшая сестра отделения функциональной диагностики Светлана Ярощук. — У нас три медсестры, одна ходит по палатам и делает ЭКГ тем, кому плохо становится, к лежачим. Я свой коллектив обожаю. Врачи и медсёстры с большим стажем, с  высшей категорией. Нам иногда приносят ЭКГ с приёмного покоя, так вот Валентина Григорьевне сразу видела, если что-то не так, и говорила врачу. Когда началась пандемия, мы все боялись, конечно, носили средства защиты. Меня родственники на порог не пускали. Сестра беременная была, я три месяца её не видела. У Валентины Григорьевны внучка родилась, она тоже с ней месяц не виделась, по вайберу общались. Раз позвонила: «Свет, у меня температура». Я говорю — вызывайте доктора, конечно. И на этом всё… Слышала, что она не сразу вызвала скорую, родные её ругали. …Может, надо было ограничения с 60 лет сделать?»  

«Её знали все, если не по имени, то как добрую, юморную, безотказную. Она снимала ЭКГ по всей больнице, ходила ко всем лежачим пациентам. Лицо доброе, ласковая улыбка. Новость о том, что она умерла, даже у самых суровых и сдержанных мужчин врачей вызвала горестные эмоции”, — говорит невролог КОКБ Ольга Павлюкова. 

Поделитесь этой страницей:

Next Post

Previous Post

s

Наши хештеги #медклуб #медикисемья #spasibovam

Проект "Бессмертный МЕДполк"